– В ее хлеву под метровым слоем навоза лежат трупы коров. А те, которые еще живы, ходят по ним…
Об этом рассказал односельчанин соседки-изверга Андрей Власенко уже после того, как найденные трупы четырех коров спасатели вытащили из хлева домохозяйства жительницы села Ставки (до прошлого года – Ленино) Радомышльского района 72-летней Софии Овсиенко.
Она не кормит своих коров, которых было больше 20-ти, не поит их, не запасает сено и солому на зиму и не всегда отпускает пастись. Хлева не чистит, и телята выходят из чрева матери прямо в гору навоза в аммиачной атмосфере. Если малыши выживают, высасывают из вымени матери все, что оно может дать, и оба, мать и дитя, умирают от голода и жажды…
Корреспондент газеты «Субота приехал в село, узнав об этой жути из сводки Госслужбы по чрезвычайным ситуациям. Вот дом и подворье Софии Овсиенко. Четверть века назад это, вероятно, был один из самых больших и добротных домов в селе. Наверное, и многочисленное хозяйство мычало, блеяло да кукарекало. Но однажды без каких-либо внешних причин все остановилось. Завезли кирпич, чтоб обложить им большой деревянный дом, но бросили работу; построили добротные стойла для домашнего скота, начали разрушать старые… И вдруг бросили. Теперь эту работу завершает время, принявшись разрушать уже и дом… Жизнь в этом подворье однажды и вдруг замерла. Но коровы об этом не знали и продолжали рождаться, жить, умирать. Только теперь все этапы их существования превратились в жестокую пытку.
Возле сельсовета встречаюсь с местным ветеринаром Еленой Олийнык. Она констатирует – коровы в хозяйстве Софии умирают от голода и жажды.
– Мы вчера четыре трупа вытащили, – рассказывает Елена Александровна. – Сейчас у нее осталось, по ее же словам, 16 голов. Выпасаются на лугу. Травы немного, но хоть воды вдоволь, а то ведь, они и от жажды страдали – воды в колодце не хватало. Что за человек София Овсиенко? Неадекватный человек. С ней невозможно поговорить ни по-хорошему, ни по-плохому. Она говорит: «Это мой дом и мой скот. Что хочу, то и делаю». В сельсовет позвонили соседи. Я пошла. Вонь страшная – глаза на лоб лезут. Открываю дверь в одно стойло, в другое, третье, а там трупы. И лежали они там не меньше недели.
Дом Софии Овсиенко на замке. Открываю дверь хлева и отшатываюсь – пол укрыт слоем навоза толщиной больше метра. Ближе к двери – вмятина. Здесь, наверное, лежал труп животного. На заднем дворе, на утоптанной площадке стоят привязанные к железным кольям, вбитым в землю, несколько облезлых коров. Как предположила ветеринар, часть своего стада София Овсиенко вывела на пастбище, а этим коровам не повезло – не их очередь, сегодня им придется голодать.
Обращаю внимание на пустые вымя коров – нет в них молока. «Так, телята ж все высасывают!» – поясняет ветеринар. А София коров не доит и молоко не продает.
То есть, деятельность Софии Овсиенко, владеющей стадом, достойным фермерского хозяйства, стала однажды абсолютно бессмысленной: коровы существуют, только потому что существуют. Они размножаются по законам природы, а потом умирают от голода и жажды в собственных испражнениях. Сама София держит это несчастное стадо, непонятно зачем и, по-видимому, недоедает сама. Остановить этот круговорот мучений она, вероятно, уже не в состоянии по причине возрастных или каких-то еще изменений своей личности. Почему они произошли, сейчас сказать трудно, но, вероятно, это случилось почти сразу после того, как были построены новые стойла и завезен кирпич для ремонта дома. Кстати, семьи и детей у Софии Овсиенко нет.
Так случалось и случается и в некоторых государствах. Так разрушались целые империи. Они сначала строят электростанции и запускают в космос ракеты, они ставят грандиозные цели, ради которых можно заморить голодом пару десятков миллионов сограждан, они окружают себя поясом ненависти и непонимания… Но однажды все останавливается, становится прошлым и начинает разрушаться. А те, кто выжил, вдруг осознают, что выпали из времени и истории, что будущего и быть-то не могло, а все мучения и жуткие смерти были лишь прихотью спятившего вождя. …Кстати, на стене сельсовета села Ставки до сих пор висит старая табличка: «Ленінська сільська рада».
Смысл деятельности хозяйства Софии Овсиенко утрачен давно. Однако в прежние годы она выгоняла своих коров на пастбище и зимой, где они, как северные олени, выбивали копытами былинки из мерзлой земли. Но минувшая зима оказалась очень снежной, и подножного корма не стало совсем. Начался падеж.
– Она выгнала их в поле, а они падают на коленки от слабости, ползают… Страшно, – рассказывает сосед Софии Андрей.
Иду на луг, где пасется та часть стада хозяйки-изверга, которому сегодня повезло (другая часть, напомним, стояла на подворье на привязи без еды и воды). Вот она, София Овсиенко. Крепкая старушонка, но с нехорошим огоньком в глазах. Из того потока слов, которые она вывалила на журналиста, удалось выловить, что сама София зиму прожила на постном масле и картошке, а коровам сено с соломой понемногу давала, но те все равно умирали, увязнув в своем навозе…
– Но для чего ж вы их держите? – пытаюсь понять этого странного до жути человека.
– Посмотрю на одну – мне жалко ее, посмотрю на другую – жалко. А что я зарабатываю? У меня ж коровы не доятся. Нет молока! Куда делось, не знаю. Бабы приходят и уносят мое молоко, а у меня нет молока…
В общем, все ясно: коров София Овсиенко морит из жалости, соседи воруют молоко, а навоз, в котором тонут телята, не продает, потому что слишком маленькую цену за него дают. Кругом враги…
С облегчением прощаюсь, иду по полю в сторону села, а навстречу мне бредут те коровы, которым сегодня не положено было пастись. Верно, какая-то сердобольная душа отвязала их от железных кольев. Среди них хромает бычок с изуродованными ногами – отсохли от многомесячного стояния по колени в навозе. Коровы подходят к траве и тут же начинают пастись, им некогда искать травинку получше и посочнее.
Под конец жуткой командировки встречаюсь с радомышльским спасателем, который вытаскивал трупы животных из хлевов хозяйки-изверга Софии Овсиенко Виталием Никитиным. Вот, что он рассказал:
– Мы вытащили сначала три трупа коров – по одному из каждого стойла. Заглянули в летнюю кухню, а там – труп теленка. Говорим хозяйке: «У вас же тут мертвый теленок!» А она отвечает: «Ой, я про него совсем забыла…».
В Уголовном кодексе Украины статьей 299 предусмотрено наказание за жестокое обращение с животными. Судя по тому, какой коровий геноцид устроила на своем подворье София Овсиенко, эта статья УК не работает.
