Месяц назад в Андрушевке страшно и нелепо погибла 4-летняя девочка. Малышка залезла в стиральную машину, защелкнула дверцу, не смогла выбраться и задохнулась. Она была очень светлым человечком. Мечтала стать балериной, моделью или врачом.
До 11 июня в семье Дух все было хорошо. 25-летняя Илона и 26-летний Павел любили друг друга, обожали свою Виталинку и собирались вскоре подарить ей братика. Она этого так ждала.
Папа работал на стройке в Киеве, чтобы его любимые девочки ни в чем не нуждались и можно было со временем приобрести собственное жилье. Мама занималась домом и ребенком. Все было хорошо до трагического дня. Можно ли было предусмотреть случайность, отвести беду?.. Или девочке на роду было написано уйти рано?
Временно исполняющий обязанности начальника Андрушевского отделения полиции Александр Томашов рассказал, что в тот день в полицию поступило сообщение от фельдшера скорой помощи о гибели ребенка.
Следственно-оперативная группа прибыла по адресу и произвела осмотр. Тело ребенка доставили в морг, произвели вскрытие. Вызванный судмедэксперт констатировал асфиксию. По факту начато досудебное расследование. Происшествие квалифицируют как несчастный случай.
По словам Александра Павловича, чтобы выяснить, не имело ли в данном случае место халатное отношение по отношению к ребенку, на родителей затребованы характеристики, допрошены соседи, воспитатели детского садика. Все говорят об одном – семья хорошая, правильная, девочка росла в любви и заботе.
Соседи до сих пор под впечатлением от происходящего. Виталинку любила вся улица. Это очаровательное создание нельзя было не любить. Она с первой секунды общения подкупала обаянием, открытостью, доброжелательностью, любознательностью. С каждым поздоровается, поделится новостями, задаст тысячу вопросов, поцелует, подарит цветок, споет песенку или расскажет новый выученный стишок. В общем, сгусток позитива.
Соседям до сих пор кажется, что сейчас кроха выбежит на улицу с неизменной улыбкой. А еще у них до сих пор в ушах плач и крик родных погибшей. Соседи помнят кошмарные 4 дня перед похоронами и сами похороны. Молодую маму не пускали на кладбище (она в положении), а отец, который души не чаял в дочери, едва держался на ногах.
Жители улицы 8-го Марта, где семья Дух снимала жилье, считают, что происшедшее – трагическая случайность. Ведь мама глаз с дочки не сводила.
В детском саду, в который ходила Виталина, также считают, что маму в недосмотре винить никак нельзя. «Очень-очень жалко ребенка, – говорит заведующая Андрушевским центром развития ребенка «Дюймовочка» Раиса Исмаилова. – Звездочка погасла. Она была очень развита для своего возраста. Пела, танцевала, любила жизнь. Девочка была присмотрена, аккуратно одета, мама всегда вовремя забирала ребенка.
Для детей в этом возрасте характерны любознательность и желание фантазировать. Они так часто пытаются куда-нибудь спрятаться, найти себе укромный уголок. Наши воспитанники тоже норовят в шкафчики залезть.
Есть семьи, в которых за детьми смотрят куда меньше, и ничего плохого не происходит. А тут… Судьба. До сих пор в глазах Виталина стоит. Косички красиво заплетены».
Родители погибшей девочки, 25-летняя Илона и 26-летний Павел, очень остро переживают свое горе.
«Мы очень любили нашу доченьку, наше солнышко, – говорит Илона. – Она была у нас долгожданной. Я во время беременности 4 раза лежала на сохранении с угрозой выкидыша. Она была очень послушной».
Молодая женщина нашла в себе мужество рассказать журналисту о том, как произошла трагедия. Вечером они вдвоем после игры начали собирать игрушки. И малышка попросилась сходить в туалет. Спустя несколько минут малышка не появилась, но послышался какой-то шум, потом стало совсем тихо. Обеспокоенная мама пошла искать. Выглянула во двор, на улицу, позвонила куме, соседке – не забежал ли ребенок в гости.
Потом заглянула и на кухню. И увидела, что через закрытую дверцу торчит уголок зеленой кофточки, в которую в этот вечер была одета девочка. Женщина так страшно закричала, что прибежали люди. Метнулась открывать стиральную машину, достала тельце дочери, увидела посиневшие губы.
Четыре человека по очереди делали искусственное дыхание, вроде бы еще прослушивался пульс. Вызвали неотложку, но все усилия уже были безнадежны. Ребенок не приходил в себя.
«Мне до сих пор кажется, что доченька сейчас просто в садике или у бабушки, – говорит Илона. – Мне очень тяжело. И мужу тоже. Она была его копией, любимицей. Он ни разу за четыре года даже голоса на нее не повысил. Когда приезжал, она все время рядом с ним.
Всего за несколько минут мы потеряли Виталинку. Искала я ее 15-20 минут. Судмедэксперт сказал, что она могла там находиться всего 5-7 минут. А еще сказал, что такие случаи, когда дети гибли в стиральных машинках, тоже раньше бывали. Раньше делали холодильники с защелками. И там дети закрывались.
Предчувствий у меня никаких не было. Правда, в этот день Виталина попросила телефон позвонить папе. Сказала, что очень соскучилась. Хотя обычно этого не делала, знала, что он занят и его беспокоить нельзя».
Илона рассказывает, что Виталина никогда ни к газу, ни к огню, ни к электрике не лезла. А к стиральной машинке ее просто тянуло. Она и до трагического дня забиралась в «домик», раскачивалась на барабане. Могла взять с собой котенка или куклу. Ей запрещали, объясняли, ругали. Один раз она даже закрылась и стучала в окошко. Это было на глазах родителей. Они ее открыли.
«Не захотела Виталина быть с нами, значит, ей там хорошо. Она и в гробу лежала с улыбкой. Спокойно, словно спала».
