Григорий Чапкис – человек-мотор. Народный артист Украины преподает хореографию в двух столичных вузах – в Киевском национальном университете культуры и искусств и в Киевском университете имени Бориса Гринченко, а также в собственной школе танцев, ездит по миру на многочисленные фестивали и конкурсы, куда его приглашают в качестве члена жюри, участвует в подготовке выпускных балов и ставит свадебные танцы, когда к нему обращаются за помощью молодожены… К слову, то, что у Григория Чапкиса в коленях моторчики, когда-то заподозрил эпатажный испанский художник Сальвадор Дали, однажды увидев украинского танцора на сцене, когда он в 1962 году гастролировал с ансамблем Вирского. Дали в зеленом пиджаке, в нагрудном кармане которого был омлет, подошел к Чапкису и сказал ему об этом.
– Свой первый танец помните?
– Мама говорит, что я еще ходить не мог, а уже танцевал. Рассказывала, когда я появился на свет, меня хотели утопить в ведре, как котенка. Потому что лицо все было заросшее волосами. Какая-то обезьяна. Через две-три недели эти волосы исчезли, и я стал хорошеньким мальчиком. Всегда был малюсеньким: в 14 лет выглядел на десять.
Родился я в королевской Румынии, к которой тогда относился Кишинев! Рос среди цыган, молдаван, румын. Никто меня не воспитывал. Родителям было некогда, в семье семеро детей. Мама на хозяйстве, а папу мы вообще не видели: он уходил на рассвете, приходил ночью. Был шорником. Это все равно, что сейчас мастер по ремонту «мерседесов». Шил хомуты, вожжи, седла – славился на всю округу. Мама мечтала, чтобы я тоже овладел какой-нибудь профессией: стал парикмахером или портным.
Как-то я ее пригласил во Дворец «Украина». Был уже заслуженным артистом, лауреатом трех международных конкурсов. 83-летняя мама сидела в первом ряду и смотрела на меня. Я танцевал девять сольных партий. Она была в восторге, пришла за кулисы и говорит: «Как ты хорошо пляшешь, сыночек, но когда же работать будешь? Когда за дело возьмешься и станешь портным?».
А еще престижной считалась профессия дантиста. За них все девушки мечтали выйти замуж. «Какой он богатый, у него полный рот золотых зубов!» – говорили тогда. Многие специально спиливали здоровые зубы и ставили фиксу – медную коронку. Когда мне было 14 лет, я тоже нацепил медную фиксу и каждый день снимал ее, драил, натирал, чтобы блестела. Тогда это было очень круто! А жили мы бедно. Я первый раз надел обувь в семь лет. Мне купили сандалики. До сих пор они стоят у меня перед глазами. До этого ходил либо босиком, либо в постолах – тряпичных обмотках, которые сверху затягивались кожей. А спали мы на нарах. Кроватей не было – некуда было ставить. Ложились, прижавшись друг к другу, а ночью по команде переворачивались на другой бок.
Дома у нас была печка и здоровенный чугунный котел, в котором мама варила 12-13 порций каши-мамалыги, картошку или какой-то суп. В память о тех летах у меня остался ожог на попе. Я на этот раскаленный котел сел. Мне говорили, что нельзя этого делать, но пока я не сел, не успокоился. Меня тогда даже в больницу забрали.
– Кем вы мечтали стать в детстве?
– Мечтал всю жизнь наесться хлеба (нас в семье было семеро), мы жили очень бедно. Утром меня выбрасывали с куском мамалыги на улицу, а вечером забирали. Меня воспитала улица. Я начал зарабатывать на жизнь в 7 лет: чистил обувь, разносил газеты. Подальше держался от богатых детей. У меня была своя компания, вредных привычек не было. Кроме яблок, я ничего в жизни не крал. А вот штанов много порвал, когда лазал через заборы. Пазуху набьешь яблоками, потом три дня не слазишь с горшка… Все, что произошло со мной в жизни… Кто-тосверхуведет нас, как в кукольном театре. Одни называют это Богом. Кто-то говорит, что это судьба, аура. А в действительности, наверняка, что-то есть в жизни, то, что нами руководит, и где-то и кем-то предначертана наша судьба.
– Григорий Николаевич, скоро у вас юбилей – 90 лет. Говорят, что в вашем лексиконе до сих пор нет таких слов, как «больничный» и «выходной». Согласны ли вы с тем, что человеку столько лет, на сколько он себя ощущает?
– Абсолютно! Иногда мне кажется, что я едва достиг совершеннолетия (смеется). Когда люди начинают напрягать меня вопросами о моем возрасте, я думаю, что речь идет не обо мне.Свой паспорт воспринимаю как чужой. Я давно отрекся от него. Несколько лет назад поехал в клинику обследоваться. После долгих осмотров моих сосудов консилиум врачей вынес мне вердикт: от инсульта и инфаркта не умрете. С этим все нормально! А вот мозг и сердце изношены. Но я убежден: человек и возраст – разные вещи. Все зависит только от нас.
– Как вы сами себе это объясняете? В чем секрет такой не по годам беспечной молодости?
– Я живу так, будто это последний день в моей жизни. Дело, которым занимаюсь, захватывает меня целиком и полностью. Я живу полноценной жизнью и каждый день, когда еду на работу, получаю от своего дела необъяснимое удовольствие. Сплю несколько часов в сутки, мой мозг не останавливается ни днем, ни ночью. Жена говорит, что во сне я, как на репетиции, дергаю ногами и кричу: «Раз, два, три». Но иначе не могу.
– Отпуск себе устроить не пробовали?
– Это мне не поможет! Если занимаюсь хореографией, она постоянно звучит у меня в голове.Если интерьером – тоже все время переживаю, как будет выглядеть мой кабинет, каким я хочу видеть зал, какой должна быть люстра, стены и даже мусорник! Я придаю значение каждой мелочи и целиком этому отдаюсь. Могу легко отличить ремесленника от таланта по нескольким факторам. Если утром вы можете «включить» в себе кнопку, а вечером ее выключить, значит, вы – хороший ремесленник. А если вы – человек творческий, то ваше дело не даст вам покоя никогда. Я пришел к выводу, что все диванные мужчины, которые любят только себя, следят за своими калориями и меряют пульс, умирают около сорока. А те, которые пашут на трех работах и недосыпают, живут дольше.
– Настроение и долголетие взаимосвязаны?
– Настроение определяет все. Психологическое состояние человека влияет на сон, аппетит, взаимоотношения в семье и на работе. Нужно управлять своим настроением, анализируя причины неудач и проблем. И, конечно, быть оптимистами. Самое главное – чтобы у человека было желание желать. Оно двигатель всего. Когда вы чего-то хотите, к чему-то стремитесь, когда у вас горят глаза, вы всегда будете востребованы. Любите жизнь, и она ответит вам тем же. Страшнее всего – апатия и депрессия.
– Поделитесь своим секретом долголетия, откуда черпаете энергию?
– Я очень много работаю, у меня все расписано на несколько месяцев вперед, сам вожу автомобиль, постоянно в движении. Секрета долголетия никакого нет, главное – двигаться вперед, любить то, что делаешь, и никогда не останавливаться. Должен быть танец жизни, и любовь в широком смысле этого слова: любовь к жизни, к труду, ведь если ты перестанешь любить – то никогда не начнешь.
Проснувшись утром, наденьте шерстяные рейтузы и свитер – и отправляйтесь на ковер делать зарядку. Делайте ее двадцать минут. Нужно хорошо пропотеть. Потом уже принимайте душ и завтракайте! Возможно, сначала делать такую зарядку вам будет лень, потом вы скажете, что тяжело, но вскоре это войдет в привычку, и вы без этого уже не сможете. Лучше не успеть позавтракать, чем не сделать зарядку! Она потому и называется зарядкой, что заряжает на целый день. Вы не забываете зарядить свой мобильный телефон? Человек точно так же нуждается в ежедневной подзарядке.
– Посоветуете выполнять какие-то конкретные упражнения?
– Комплекс упражнений – дело сугубо индивидуальное. Каждый делает то, что он может и сколько может. Я не знаю, каковы особенности вашего организма. Хорошие результаты дают занятия с обручем. Полторы минуты крутите его в одну сторону, затем – в другую. Каждый день! И фигура у вас будет обалденная.
Правда, обруч нужен не пластиковый, а тяжелый, металлический с насадками. Он продается во всех спортивных магазинах. Этот обруч может оставлять синяки, поэтому вращайте его не поверх голого тела – обязательно наденьте майку. Движение – это жизнь! Надо двигаться, а не лежать на диване. Сейчас и взрослые, и дети почти круглые сутки проводят у планшетов. И это одна из причин лишнего веса.
– Не поздно ли начать бегать или учиться плавать после выхода на пенсию?
– Движению, как и любви, все возрасты покорны. Двигаться нужно до последнего вздоха! Застой – начало трагедии. Если здорового человека поместить в шикарные условия, но лишить движения, он заболеет. И напротив, если вы, к примеру, долго сидели и у вас стала болеть спина, встаньте и помаленьку начните двигаться – боль вскоре пройдет!
– Софи Лорен как-то сказала, что красоте обязана спагетти. У вас есть такое блюдо?
– Я ни дня не живу без домашнего творога. Могу приготовить из него больше двадцати блюд. Сырники, блинчики, запеканки… Или просто творог со сметаной и вареньем. А творог с чесноком! Это же просто объедение! Одним словом, творог – это полжизни. Без него я не жилец. Еще каждый день могу есть супы. На этот случай в моем морозильнике всегда есть стратегический запас замороженных овощей. Их всегда можно быстро бросить в кастрюльку, сделать суп, а потом добавить сметанки. И ужин готов. Очень удобно!
– Григорий Николаевич, о чем вы сейчас мечтаете?
– У меня столько планов! Еще на 90 лет хватит. Я очень хочу прожить подольше, что уже начинаю спешить. Жалею о пропущенных моментах и всегда советую своим студентам не пропускать ни одной минуты жизни, идти, не останавливаясь. Если вы пропустите сегодняшний день, то завтра это станет историей. Не хотите танцевать – бегайте, прыгайте, ползите, но не лежите на диване. У меня нет выходных, отпусков. Как только поеду на курорт отдохнуть, сразу вокруг меня собирается молодежь, просит показать какие-то «па».
– Испытываете ли вы страх перед смертью?
– Я смерти не боюсь, готов к ней, потому что из тех, кто стоял у истоков ансамбля Вирского, я остался один – все уже умерли. Живу до тех пор, пока танцую.
И больше всего боюсь слечь. Завидую тем, кто умер на репетиции или в вагоне поезда.
