Мои предки по маминой линии — поляки с Восточных Кресов. восточная часть межвоенной Польши, вошедшая после Второй мировой войны в состав СССР Еще в 1827 году они переехали в Житомирский уезд Волынской губернии как чиншевая шляхта бедные дворяне, вынужденные, наравне с крестьянами, платить чинш магнатам за пользование землей на землях магната Доминика Радзивилла. По семейным рассказам, у них было свое производство смолы и пеньки, которую поставляли на флот Российской империи.
После революции 1917 года семью моего прадеда Кароля Войцишевского раскулачили, и они в прямом смысле оказались на улице. В первый раз у них забрали все имущество и дом в 1920-е годы, но тогда они смогли спрятать в лесу золотые червонцы и обменять их на деньги. А в 1930-е, когда они уже были обычными крестьянами, их имущество отобрали второй раз. Они не попали в Сибирь только потому, что в сестру моей бабушки Зосю, которой было всего 15 лет, влюбился красноармеец. Чтобы спасти родных, она вышла за него замуж. Семья осталась, но дом забрали. На какое-то время их приютили родственники, потом пришлось жить в землянке — выживали как могли.
Брат моего прадеда Доминик был разнорабочим на лесозаводе. Его арестовали 13 ноября 1937 года за антисоветскую пропаганду и агитацию, а 30 ноября — расстреляли. Дома у него остались 27-летняя жена Розалия с четырьмя детьми. На момент ареста младшему сыну было 15 дней… Кое-как они выжили, им помогали родственники. Внуки и правнуки Доминика сейчас живут в Житомире.
Все это я узнала от своей бабушки Брониславы. Она выросла в очень антисоветской семье. Ее родители, братья и сестры — все они были католиками и поляками, как говорится, до мозга костей. Бабушка всегда говорила: «Мы должны помнить, что мы поляки, просто над нами не польское небо». Дома они говорили только по-польски, и детей воспитывали в польских традициях, и свою польскость сохраняли до самой смерти. Все братья в семье женились на польках, а сестры выходили замуж за поляков — было только два «досадных» исключения. Первое — та самая бабушкина сестра Зося, второе — сама бабушка: она вышла за русского, который освобождал их земли. Родители поставили условие: жених должен принять католичество, а венчание пройдет в костеле. Он все выполнил, но через год вернулся к своей фронтовой жене, а бабушка осталась с их двухмесячной дочкой — моей мамой.
В 1946 году большинство моих родственников по линии прадеда переехали в Польшу и живут в районе Зелена-Гуры.
На фото слева: семья Брониславы Войцишевской (справа), в трауре — ее мать Доминика. На фото справа: Доминика и Кароль Войцишевские с дочерью Брониславой, 1938-1940. Источник: семейный архив Натальи Гурко
