Если на истекающей кровью Ливии лежит одно проклятье – нефтяное, то на Олевском районе – сразу два: янтарное и лесное. Дело в том, что здесь то и другое можно приходить и брать, главное – правильно договориться. Вот и идут отовсюду все, кому не лень, переворачивают вверх ногами землю, пережигают березовые рощи на уголь, распиливают дубравы на паркет…
Когда в Стовпинку Олевского района житель Запорожья привез печи для производства древесного угля, вокруг площадки, где он их установил, начались лесные пожары: и сырье само собой появляется, и площади расчищаются. Заметим, что производство древесного угля – очень дымное и вонючее. Процесс так называемого пиролиза проходит в огромных печах, сделанных из железнодорожных цистерн. Дым накрывает все близлежащие населенные пункты. В прошлом году против угольных печей восставали жители Лугинского района. Правда, без особого успеха. Жители Стовпинки немного потерпели и тоже восстали.
Восстание началось в 9 марта. В полдень несколько десятков селян на автомобилях, мопедах и конных повозках под предводительством нескольких депутатов райсовета двинулись к площадке, на которой приезжий поставил печи. Что интересно, там уже находились руководители района: глава РГА Василий Невмержицкий и председатель райсовета Виктор Троц. Еще более интересно и даже смешно было то, что сельский голова Николай Кравченко бесследно исчез, его мобильный телефон не отвечал. Представителей полиции тоже не было. Это означало, что районные власти решили «устаканить» ситуацию без лишних протоколов. Косвенно это указывает на то, что они были в курсе относительно намерений заезжего жителя Запорожья.
Человек, который называл себя хозяином печей для производства древесного угля, представился Андреем Ивановым, участником АТО. Он предъявил соответствующее удостоверение и паспорт, зарегистрированный в Запорожье. Однако изъяснялся на литературном украинском, без фонетических особенностей, свойственным жителям Юго-востока Украины. С ним было еще несколько человек, приехавших на автомобилях с номерами Киевской области.
А.Иванов заявил, что как участник АТО имеет право на 2 га земли и решил получить их именно возле Стовпинки (которую и с навигатором-то сложно найти). Просто так, чтобы жить. А бочки – это его имущество, вот он и прихватил их с собой. В общем, объяснение для идиотов и правоохранительных органов. Свои права на участок земли он обосновал довольно оригинально – «устной договоренностью» с сельским головой. Вероятно, голова сбежал именно потому, что не хотел отвечать на неудобные вопросы своих избирателей относительно договорняков с приезжим. Никаких документов на землю А.Иванов не предъявил, честно признав, что их у него нет.
Напряжение в среди собравшихся начало нарастать. Несколько человек принялись сбивать крепления, которые фиксировали печи-бочки на бетонных основаниях. Бочки угрожающе закачались… Женщины заголосили громче, мужчины стали заводиться… Ситуация могла разрешиться либо мордобоем, либо «выпуском пара». Тут один депутат райсовета принялся ораторствовать, и ситуация стала развиваться по сценарию «выпуска пара».
Глава РГА В.Немержицкий спешно пояснил, что «буквально только что» узнал о том, что приезжий затеял делать древесный уголь и что это незаконно. Несколько успокоившиеся селяне без рукоприкладства попросили приезжего угольщика-атошника убраться, мотивировав просьбу тем, что в селе своих атошников достаточно и что тему производства угля с сельской общиной никто не обсуждал. Более того, селяне подогнали свои грузовики, быстренько погрузили на них печи и доски, приготовленные захватчиками земли для строительства времянки, и совершенно бесплатно вывезли в соседний Кишин на какой-то склад.
Корреспондент народного еженедельника «Субота» обошел участок, который облюбовал под производство угля житель Запорожья А.Иванов, и увидел, что лес расчищался под значительное число печей, причем расчищался варварски: часть березняка попросту выжгли, а часть вырубили.
Что-то слабо верится, что А.Иванов и его компаньоны с бухты-барахты примчались из Запорожья в Стовпинку, затерявшуюся среди лесов Олевщины, и принялись там устанавливать печи для производства угля. Они не могли этого не обсудить с районными властями. Однако мотивация своих прав на участок устными договоренностями с сельским головой – это что-то новенькое. Думается, авторитет сельского головы среди избирателей несколько пошатнулся, а приезд атошника с огромными вонючими печами-цистернами был ими воспринят, как бесцеремонное вторжение. Закончилась ли эта история? Скорее всего, нет. Нельзя исключать, что вскоре А.Иванов принесет из Госгеокадастра выписку из приказа о разрешении на землеотвод.
Есть в этой истории и довольно своеобразный подтекст. Многие жители Стовпинки, а также соседних Кишина и Жубровичей и еще ряда сел живут от торговли колотыми дровами (не считая добычи янтаря, естественно). Наиболее удачливые имеют грузовики и возят дрова в Киев перекупщикам и конечным потребителям. Разумеется, повальное производство угля подрывает их сырьевую базу. Вот и подняли селян против вторженцев. Впрочем, это никак не оправдывает наглость пришельцев, уверенных, что здесь все у них схвачено.
Увлечение же производством древесного угля стало в лесных районах Житомирской области своеобразной модой. Этот вид серого-черного бизнеса по популярности – третий после добычи янтаря и воровства леса. На уголь пережигаются березняки-самосевы, которые поднялись на заброшенных полях земель запаса. Дымящие бочки можно найти чуть ли не в каждом селе. На окраине Лугин, например, их дымит – несколько десятков. С ними при полной пассивности местных властей, воюют жители практически всех лесных районов области. А в Романовском районе вместе со своим братом этим бизнесом занимался офицер СБУ. Может, и продолжает заниматься, если учесть, что руководство УСБУ характеризует его как хорошего честного офицера.
Теперь о главном – о причинах процветающего дерибана ресурсов Житомирской области (равно как и других областей). Если вопросы о выделении земельного участка, смене его целевого назначения, о разрешении на добычу полезных ископаемых решаются не в сельсовете, не в районном совете и даже не в областном; если выборные власти всех уровней имеют разве что декоративную функцию, а решения принимают и на денежных потоках сидят назначенцы (отобранные по неизвестно каким критериям) президентской и правительственной вертикалей, то страна наша и ее граждане столь же далеки от европейских ценностей и от победы над всеобъемлющей коррупцией, как и при Януковиче. Ведь, ежу понятно, что если человек заявил свои права на бесплатную землю в вашем сельсовете, значит, он за нее уже заплатил. Децентрализация? Да кто ж добровольно откажется от контроля над ресурсами всей страны и от потоков наличности, льющихся в карманы!
